Выбор редакции

Академия

In Geveb: «Без кадиша», или «Живой сирота»

У меня нет отца, но мне запрещено говорить кадиш, запрещено проливать слезы, которые успокоили бы мое сердце… Я прекрасно помню последние священные слова, которые сказал мне отец перед уходом: «Сын мой, драгоценный мой сын, будь набожным евреем». Этими словами он пытался передать мне всего себя, все свое наследие, потому что в этом он видел наивысшую радость

Хабад в межвоенный период: создание «эпистолярной общины» как стратегия адаптации

Личный архив р. Й.‑И. Шнеерсона в том виде, в каком он известен нам сегодня, сформировался преимущественно в межвоенный период, точнее, с 1927 по 1939 год, т. е. после отъезда Шнеерсона из СССР. Еврейский музей и центр толерантности в Москве совместно с издательством «Кучково поле» выпустил в свет книгу Екатерины Олешкевич «Архив р. Йосефа Ицхака Шнеерсона: указатель»

Как евреи и неевреи в Германии смеялись друг над другом на (не таком уж) тайном языке

Почему баварские евреи стали называть лашон а‑кодеш — традиционным еврейским наименованием иврита — такие жаргоны, как лахудиш? Может быть, потому, что носители этих жаргонов были люди смешливые и их веселило приравнивание к святому языку своего варианта немецкого, который зачастую они использовали, чтобы прятать секреты или другую инсайдерскую информацию от неевреев?

«Хумаш Коль Менахем»: Второе нападение амалекитян

Всевышний велел Моше: «Скажи сынам Израиля, чтобы они отправлялись в путь», то есть необходимо было довериться Богу и идти дальше по пути, ведущему к горе Синай. Хотя Моше отверг призывы со всех четырех сторон как неверные, эта история была тем не менее записана в Торе как урок для нас. Фактически здесь дан образец различных подходов в борьбе с невзгодами

Почему Моше не было суждено войти в страну? Недельная глава «Хукат-Балак»

Если бы Моше только учил, а не руководил, сыны Израиля так и не вышли бы из Египта. Урок эпизода со скалой вовсе не в том, что лидерство ничего не решает, а в том, что тип лидерства должен быть созвучен эпохе. Учитель может жить в мире древних текстов и надежд на отдаленное будущее, но лидер должен слышать музыку эпохи, принимать во внимание нужды и возможности дня сегодняшнего

Двар Тора. Хукат-Балак: Вместе или заодно?

Каким образом проклятие врага Израиля становится благословением? Почему история Билама остается одной из самых актуальных в Торе? И как ослица оказалась пророком? Главный редактор «Лехаима» Борух Горин читает недельные главы Хукат-Балак
Вся академия

События и комментарии

Самый смешной еврей на свете

Брукс — последний великий еврей Голливуда, и когда его не станет, что‑то умрет вместе с ним. Возможно, он последний великий еврей Америки, и точка, помесь кишиневского шойхета с вильямсбургским гонофом, чей насмешливый голос поневоле вызывает улыбку и утешает сердца: что‑то он сейчас сказанет? Все началось в Европе: Брукс — он родился в Америке — вслед за братьями ушел в армию и в 1945 году участвовал в Берлинской наступательной операции

Метаморфозы власти

Как и в других странах, традиционное еврейское общество в России в течение девятнадцатого столетия постепенно исчезало под давлением все тех же факторов, однако на его место пришло новое религиозное и социальное образование, которое не подчинялось системе развития, считавшейся универсальной

Jewish News: Кир Стармер и еврейская община: сложные отношения во времена потрясений

На протяжении всего времени пребывания на Даунинг-стрит Стармер неоднократно сталкивался с тем, что интересы Великобритании расходились с позицией правительства Израиля. Он признал палестинское государство, объясняя это долгосрочными интересами британской дипломатии на Ближнем Востоке. Во время войны Израиля и Ирана в 2026 году Стармер подчеркивал, что Великобритания не будет напрямую вовлечена в конфликт

The Guardian: Бесценная книга песен на идише времен Холокоста десятилетиями лежала в шкафу в Сиднее

В концентрационных лагерях и гетто Европы под властью нацистского режима музыка становилась убежищем, способом сохранить еврейскую идентичность, осмыслить пережитую травму и оставить историческое свидетельство. Небольшая часть этого огромного наследия неожиданно обнаружилась в Сиднее в виде одного из самых ранних печатных сборников песен времен Холокоста

Книга дня

Академия

In Geveb: «Без кадиша», или «Живой сирота»

У меня нет отца, но мне запрещено говорить кадиш, запрещено проливать слезы, которые успокоили бы мое сердце… Я прекрасно помню последние священные слова, которые сказал мне отец перед уходом: «Сын мой, драгоценный мой сын, будь набожным евреем». Этими словами он пытался передать мне всего себя, все свое наследие, потому что в этом он видел наивысшую радость

Хабад в межвоенный период: создание «эпистолярной общины» как стратегия адаптации

Личный архив р. Й.‑И. Шнеерсона в том виде, в каком он известен нам сегодня, сформировался преимущественно в межвоенный период, точнее, с 1927 по 1939 год, т. е. после отъезда Шнеерсона из СССР. Еврейский музей и центр толерантности в Москве совместно с издательством «Кучково поле» выпустил в свет книгу Екатерины Олешкевич «Архив р. Йосефа Ицхака Шнеерсона: указатель»

Как евреи и неевреи в Германии смеялись друг над другом на (не таком уж) тайном языке

Почему баварские евреи стали называть лашон а‑кодеш — традиционным еврейским наименованием иврита — такие жаргоны, как лахудиш? Может быть, потому, что носители этих жаргонов были люди смешливые и их веселило приравнивание к святому языку своего варианта немецкого, который зачастую они использовали, чтобы прятать секреты или другую инсайдерскую информацию от неевреев?

«Хумаш Коль Менахем»: Второе нападение амалекитян

Всевышний велел Моше: «Скажи сынам Израиля, чтобы они отправлялись в путь», то есть необходимо было довериться Богу и идти дальше по пути, ведущему к горе Синай. Хотя Моше отверг призывы со всех четырех сторон как неверные, эта история была тем не менее записана в Торе как урок для нас. Фактически здесь дан образец различных подходов в борьбе с невзгодами

Почему Моше не было суждено войти в страну? Недельная глава «Хукат-Балак»

Если бы Моше только учил, а не руководил, сыны Израиля так и не вышли бы из Египта. Урок эпизода со скалой вовсе не в том, что лидерство ничего не решает, а в том, что тип лидерства должен быть созвучен эпохе. Учитель может жить в мире древних текстов и надежд на отдаленное будущее, но лидер должен слышать музыку эпохи, принимать во внимание нужды и возможности дня сегодняшнего

Двар Тора. Хукат-Балак: Вместе или заодно?

Каким образом проклятие врага Израиля становится благословением? Почему история Билама остается одной из самых актуальных в Торе? И как ослица оказалась пророком? Главный редактор «Лехаима» Борух Горин читает недельные главы Хукат-Балак
Вся академия

Выбор редакции

Книга дня

События и комментарии

Самый смешной еврей на свете

Брукс — последний великий еврей Голливуда, и когда его не станет, что‑то умрет вместе с ним. Возможно, он последний великий еврей Америки, и точка, помесь кишиневского шойхета с вильямсбургским гонофом, чей насмешливый голос поневоле вызывает улыбку и утешает сердца: что‑то он сейчас сказанет? Все началось в Европе: Брукс — он родился в Америке — вслед за братьями ушел в армию и в 1945 году участвовал в Берлинской наступательной операции

Метаморфозы власти

Как и в других странах, традиционное еврейское общество в России в течение девятнадцатого столетия постепенно исчезало под давлением все тех же факторов, однако на его место пришло новое религиозное и социальное образование, которое не подчинялось системе развития, считавшейся универсальной

Jewish News: Кир Стармер и еврейская община: сложные отношения во времена потрясений

На протяжении всего времени пребывания на Даунинг-стрит Стармер неоднократно сталкивался с тем, что интересы Великобритании расходились с позицией правительства Израиля. Он признал палестинское государство, объясняя это долгосрочными интересами британской дипломатии на Ближнем Востоке. Во время войны Израиля и Ирана в 2026 году Стармер подчеркивал, что Великобритания не будет напрямую вовлечена в конфликт

The Guardian: Бесценная книга песен на идише времен Холокоста десятилетиями лежала в шкафу в Сиднее

В концентрационных лагерях и гетто Европы под властью нацистского режима музыка становилась убежищем, способом сохранить еврейскую идентичность, осмыслить пережитую травму и оставить историческое свидетельство. Небольшая часть этого огромного наследия неожиданно обнаружилась в Сиднее в виде одного из самых ранних печатных сборников песен времен Холокоста
Все события и комментарии